В Высшей школе компьютерных наук и искусственного интеллекта уже несколько месяцев продолжается эксперимент по замене действующих руководителей образовательных программ виртуальными. Это большая сложная разработка, в которую вовлечены множество преподавателей и студентов различных курсов и направлений подготовки. Для получения корректных метрик в течение эксперимента университет не раскрывал детали разработки. Но теперь, когда эксперимент признан успешным, поделился подробностями с kantiana.ru руководитель проекта, директор Высшей школы компьютерных наук и искусственного интеллекта Михаил Верещагин.
— Михаил Дмитриевич, ректор одобрил проект по созданию виртуального руководителя образовательных программ. Расскажите, как родилась подобная идея?
— Это крупнейшая разработка нашей Высшей школы за последние годы. Можно сказать, наш флагманский продукт. Не секрет, что руководитель образовательных программ (РОП) — одна из самых сложных должностей в университете. На него ложатся обязанности, как документационного обеспечения учебного процесса, составление расписания, работа с преподавателями, так и постоянное взаимодействие со студентами. Помимо этого, все наши РОПы также являются и преподавателями и имеют учебную нагрузку. Чтобы их разгрузить сначала создавались небольшие сервисы в рамках выпускных квалификационных работ студентов для автоматизации некоторых процессов. А потом мы подумали, что так, как мы живем в эпоху искусственного интеллекта, то почему бы не поставить более грандиозную задачу и не объединить все сделанные наработки в одну большую модель под управлением ИИ.
— Как вы собирали команду для проекта?
— Так как у меня есть опыт разработки в области ИИ, и я хорошо знаю внутренние процессы в университете, честь возглавить проект выпала мне. В команду мы вовлекли практически весь преподавательский состав. Правда, каюсь перед коллегами, некоторые работали на проект, сами того не зная, предоставляя нам данные для обучения данной модели. Разумеется, такой сложный проект силами только преподавателей мы сделать не смогли бы. Нам нужны были, извините за сленг, «руки», которыми и стали наши студенты. Отбор студентов для проекта проводил я совместно с несколькими коллегами. Только небольшая часть из разработчиков была посвящена во все тонкости проекта.
— Насколько нам известно, проект разрабатывался в строжайшем секрете. Расскажите, зачем такая секретность и главное, как вам этого удалось достичь?
— Причина секретности очень проста. Люди, зная, что взаимодействуют с моделью, а не с искусственным интеллектом, начинают изменять свое поведение, а потому чистота эксперимента теряется. Достичь того, чтобы проект оставался в секрете, удалось за счет грамотной декомпозиции большого проекта на множество мелких задач. За помощь в этом непростом процессе хочу сказать большое спасибо коллегам. В итоге, каждая из групп разработчиков занималась только своей задачей, не имея представления о конечной глобальной цели проекта. Всего несколько людей в полной мере представляли, для чего делается проект. Честно признаться, мы даже ректору не рассказывали на первом этапе о том, чем занимаемся.
— Какие инновации были применены при разработке?
— Не секрет, что технические мощности, которыми обладает наш университет, не сравнимы с теми, что есть у крупных технологических компаний. Некоторые страны вкладывают миллиарды долларов в разработки ИИ. Мы пошли альтернативным путем. Мы были вынуждены строить обучение модели по более упрощенной схеме, которую придумали наши же сотрудники. К сожалению, всех технических подробностей я раскрыть не могу, поскольку это является коммерческой тайной. Скажу только, что общая идея основана на постквантовых методах обработки данных.
— Как проходило тестирование модели?
— Мы запустили модель в чаты со студентами, причем, чтобы не вызвать подозрение, мы запускали ее не под одним новым ником. Она у нас разговаривала иногда от имени документоведа, иногда от имени одного из руководителей образовательных программ, а иногда заменяла собственно меня. Студенты и преподаватели и не подозревали, что взаимодействуют с моделью ИИ и обучают ее.
Таким образом, практически все сообщения в социальных сетях от руководства высшей школы были продуктом ИИ. Мы только иногда туда заглядывали и следили за тем, чтобы эксперимент не вышел из-под контроля. Да, и руководству вуза я практически перестал сам писать письма и отвечать в социальных сетях. Все эти процессы автоматизировала наша разработка.
— Как справилась модель и какие задачи вы ей поручаете?
— Модель показала себя блестяще. Наверное, лучшим свидетельством успеха стало то, что о том, что она существует, все узнают только из данного интервью. Она отлично справилась с общением со студентами и сотрудниками, а также с руководством университета. Все отчетные документы мы делали при помощи нее и претензий от руководства к нам не было.
Еще одна интересная задача, которую мы поручили модели, — это проверка работ студентов. Не скрою, тут результаты несколько похуже. Но по некоторым предметам, особенно гуманитарным и связанным с программированием, модель успешно справилась и с этими задачами. Преподаватели у нас стали тратить существенно меньше времени на проверку работ. Сейчас тестируем возможность замены некоторых преподавателей моделью с вынесением лекций в онлайн-формат. Это социально сложное, но неизбежное решение, если мы хотим идти в ногу со временем.
— Поручали ли вы ей какие-то необычные задачи?
— По правде говоря, да. Обычные ИИ не позволяют принимать решения, непосредственно влияющие на судьбы людей, но наша модель успешно показала себя и в таких задачах. В частности, большинство отчислений студентов были произведены ей, а я, как директор высшей школы, только согласовал ее предложения. Больше всего от нее «пострадал» нынешний второй курс. Но они виноваты сами, они ведь знают, там было за что. Только что собрали данные с первого курса, и тоже дадим модели возможность их «почистить».
— А вы не боитесь, что модель примет неверное решение?
— Да, такая вероятность, разумеется, есть. Но, во-первых, на этот случай есть я, директор высшей школы, чтобы в конечном итоге согласовывать или не согласовывать приказ об отчислении. Хотя не скрою, что в наших планах в ближайшее время запустить модель в тестовом и уже полностью автономном режиме, причем как в плане обучения студентов, так и в проверке и принятии решений об отчислении.
— Михаил Дмитриевич, огромное спасибо за интервью. Чтобы вы хотели сказать напоследок студентам, раз уж проект стал достоянием общественности?
— Ребята, у вас есть уникальная возможность стать частью большого инновационного проекта, который станет лицом нашего университета. Присоединяйтесь к работе! В наших силах сделать его лучше. Я вам оставлю ссылку на онлайн-форму, где все желающие поучаствовать в проекте смогут оставить свои данные.
Личный кабинет для cтудента
Личный кабинет для cтудента
Даю согласие на обработку представленных персональных данных, с Политикой обработки персональных данных ознакомлен
Подтверждаю согласие
